Глядеть в будущее можно по-разному. Можно научно, аналитически, изучая тенденции развития науки, улавливая перспективы и пытаясь представить себя инженером, спустя много лет воплощающим только что возникшие, еще даже не проверенные научные гипотезы. Этот взгляд бывает иногда прозорлив, а иногда, годы спустя, вызывает улыбку по поводу несбывшихся фантазий.
Но если речь идет о будущем народа, то можно пытаться заглянуть в будущее иначе, всматриваясь не в настоящее, а в прошлое, в пройденный народом путь и в сам народ, «стирая случайные черты» и стремясь увидеть его портрет без прикрас. Это более трудный путь, но и заглянуть так можно гораздо дальше и больше увидеть.
Известный русский художник Виктор Михайлович Васнецов такой творческой дальнозоркостью явно обладал. Он действительно всматривался в будущее народа. Широко известно его высказывание: «Я всегда был убежден, что в жанровых и исторических картинах, статуях и вообще каком бы то ни было произведении искусства — образа, звука, слова — в сказках, песне, былине, драме и прочем сказывается весь целый облик народа, внутренний и внешний, с прошлым и настоящим, а может быть, и будущим».
Но мало слушать и смотреть, важно еще понимать. Судьбу русского народа Васнецов воспринимал как трагедию, но при этом был полон оптимизма. «Хотя я только художник, но народ свой люблю не на картинах только и жанрах — люблю его всего, его богатырскую, подчас размашистую натуру, его песню, сказку, его художество, его всю, наконец, многострадальную историю, одну из скорбных глав которой мы переживаем теперь», — писал Васнецов в 1908 году в письме А. В. Кривошеину. В этом пристальном и влюбленном взгляде на свой народ — секрет проницательности васнецовского творчества.
Убедиться в даре художника заглядывать в будущее можно, побывав в доме-музее художника, знаменитом Васнецовском тереме в Москве. Его картины известны большинству, наверное, с детства: “Богатыри”, “Иван-Царевич на Сером Волке”, “Ковёр-самолёт”, “Алёнушка” и многие другие. Но одно дело смотреть картины, пусть даже в Третьяковской галерее, и совсем другое — побывать там, где шедевры рождались.
Дом подготавливает чуткого зрителя к открытиям. Зажатая между панельными домами старинная огромная изба — как портал в другое время, где ты оказывается даже не в эпохе Васнецова, а в более древнем сказочном мире. И сам этот стремительный переход от современности к древности переворачивает душу, располагает ее к фантастическим встречам.
Внутреннее пространство дома поражает. Входя в деревянный терем, невольно ждешь тесноты, полутьмы. И вдруг — высоченные потолки, как будто в самом деле попал в иное измерение, где физические законы привычной Вселенной не работают. Простые бревенчатые стены — и обилие картин: этот контраст с устоявшимися представлениями об избах снова разрушает привычные шаблоны восприятия, превращает пространство в сказочное.
Но главные открытия ждут на втором этаже, в мастерской художника, где размещены его самые масштабные полотна. Именно там вспоминаются слова Васнецова про возможность предвидеть будущее. Оно там — во многих картинах, такое впечатление, что это нам подсказки из прошлого в настоящее.
Надо отметить, что монументальные эпические полотна Васнецова — вершина его творчества, и это неслучайно. Он мечтал о создании этих полотен, шел к ним годами, обдумывая, создавая эскизы. Сам терем-мастерская был задуман художником именно под создание таких огромных картин. Ради постройки громадной мастерской с шестиметровыми потолками ему пришлось выпрашивать особое разрешение, так как существующее законодательство не позволяло строить в Москве деревянные дома такой высоты.
В мастерской многих поражает висящая над входом картина “Бой Ивана-царевича с трехглавым морским змеем”. Взгляд бойца, бьющегося с огромным чудищем, безумно-отчаянный. Герой одновременно осознает ничтожность шансов на победу и упорство, желание продолжать битву до конца — безусловно актуальный сюжет. Очень, кстати, далекий от той картины, которую рисуют власти по поводу происходящего пятый год на СВО, но отражающий самую суть процессов на линии боевого соприкосновения, «новых территориях» и на Украине. На картине — коллективный современный портрет русского солдата, закусившего губу и продолжающего размахивать мечом в тяжкой битве, исход которой неясен, твои силы конечны, а силы врага до конца неведомы, но отвернуть от боя никак нельзя.
Еще более актуальна висящая в противоположном углу мастерской работа «Царевна-Несмеяна». Отраженный на картине сюжет сказки известен, вероятно, каждому: вечно плачущую царевну пытаются рассмешить, причем занимаются этим в основном женихи, и она должна достаться тому, кто сумеет избавить ее от тоски.
В сказочном мире, созданном Васнецовым, разворачивается история, наполненная глубоким религиозным и историческим смыслом.
Образы, созданные художником, поражают своей яркостью и точностью. Кто же сватается к русской царевне? Лица женихов искажены, у кого-то в глазах читается алчность, у кого-то безумие, злоба, хитрость.
В нижнем левом углу полотна на четвереньках ползет лысый старик, верхом на котором едет гусляр — с совершенно дикой улыбкой, напоминающей оскал. Рядом пустился вприсядку рыжий молодец, из-за плеча которого видны вытаращенные глаза еще одного участника действа. На переднем плане поющий седовласый усач с бандурой, ближе к ступеням трона царевны – читающий что-то вслух старец (монах?), развеселившийся сам от того, что читает. Правее видны толпы радующихся на свой лад людей на площади.
А позади царевны — толпа заморских женихов, один из которых кланяется с лживо-заискивающим лицом, другой с печалью смотрит в пол, а прочие взирают на царевну с враждебностью и неодобрением. Есть и те, кто глядит на печальную девушку как на диковинный аттракцион, а иные откровенно веселятся.
Сам Васнецов пояснял, что польского жениха он писал с художника В. А. Котарбинского, любившего важно, как «круль польский» закручивать усы: «Так вот и этот знатный шляхтич у меня их закручивает. Его очередь смешить Царевну-несмеяну еще не пришла, а он уже воображает себя победителем, как пан Заглоба у Сенкевича. Он уже придумал, чем рассмешить, — усы крутит, на своих соперников гордо поглядывает, совсем как Катарр, когда разойдется».
Стоит отметить важную смысловую перекличку сказки и картины со «Словом о полку Игоревом». Описание битвы в поэме заканчивается словами «тут пир закончили храбрые русичи: сватов напоили, а сами полегли за землю Русскую». Сватами названы враги, половцы. А сама поэма дала Васнецову сюжет для его первого эпического полотна «После побоища Игоря Святославича с половцами». В картине «Царевна Несмеяна» Васнецов нам показывает сватающихся чужаков, заполонивших царские палаты.
Ниже толпы женихов есть еще одна важная группа: кланяющиеся бояре в высоких шапках. Лица их мрачны и недовольны, они явно утомлены всем этим действом и жаждут хоть какого окончания.
Над всеми этими действующими лицами на троне – сама девушка, которую жаждут «осчастливить» присутствующие, явно заинтересованные не в ее судьбе, а преследующие какие-то свои интересы. Лицо ее, по контрасту с остальными, едва ли не самое живое на картине. Образ царевны полон чистоты и достоинства. В глазах читается мысль и страдание, тяжкое осознание нереальности происходящего и невозможности избавиться от окружающих беснующихся ее людей. Она не сломлена, воля ее жива, но в окружающем сумасшедшем мире ее некуда направить. Пока некуда?
Несмеяна не горюет. Ее явно гнетет происходящее вокруг, но она от него не вполне отстранена: не прерывая балаган, царевна думает, не пытаясь поделиться мыслями с другими, осознавая — не поймут. Не поймут ни женихи, ни бояре, исподлобья со злобой глядящие на происходящее.
Это ли не настоящая метафора происходящего сейчас в России? Власти всячески развлекают народ, лишь бы он не задумался о своем будущем. Безумные чиновники изобретают всё новые способы развлечения — от фестиваля хруста огурца до праздника тысячи сыров. Они смотрят на Россию с изумлением и неодобрением: «Да как же тебя еще развлекать, чтобы ты хоть улыбнулась?» А страна приходит лишь во всё большее уныние и изумление от чудовищного несоответствия этим искусственным насквозь лживым весельем и войной, которая развернулась уже на территории России.
Параллель эта тем более оправдана тем, что художник оставил подсказку к пониманию картины. «Ключ к пониманию авторского замысла следует искать в верхней части композиции, там, где помещены изображения религиозных сюжетов, — пишет искусствовед Екатерина Васина. — Слева на стене можно обнаружить композицию «Прение живота со смертью» (то есть битва жизни со смертью — ВВ). Напомню, этот мотив был задуман художником уже в эскизе 1901 года. Литературный текст связан с темой плясок смерти — жанром покаянной литературы средневековой Германии». Смерть на картине шествует победителем, на земле уже лежат два воина, у одного на голове корона. Правее расположены другие сюжеты, адресующие к скоротечности жизни и губительности корысти.
А ещё правее, над головой Несмеяны, другие сюжеты, выполненные по контрасту в светлых тонах. Там изображены символы рая (растение и птица на правой распалубке) и образ «Душа чистая» (символ христианской церкви и Богородицы). Эти образы расположены над царевной и визуально продолжают ее образ, выполненный также в светлых тонах.
Трудно было бы сейчас нарисовать что-то более убедительно отражающее ситуацию. Особенно по части иноземных стран-женихов, смотрящих на Россию-Несмеяну кто с любопытством, а кто с неприкрытой злобой, и никто — с любовью.
Васнецов действительно видел в Несмеяне Россию. «Про печальную, задумчивую «Царевну-несмеяну», которую пытаются рассмешить вереницы иноземных послов (кто ее рассмешит, тот и замуж возьмет!), другое домашнее предание рассказывает, что художник, изображая ее, тоже подразумевал свою Родину, которая знает, какой себе путь выбрать, и уж во всяком случае не пойдет за иностранной державой», — отмечает исследователь творчества Васнецова Василий Осокин.
Прошло 100 лет — и Россия, потерпев поражение в битве с Западом, ослабленная этим поражением и бесплодной попыткой сродниться с ним, вдруг бросила ему вызов. Поразительно, как Васнецов смог не только увидеть точные черты русской души, но и фактически отразить сегодняшнюю ситуацию за век до нее. Но ведь смог! Значит, происходящее неслучайно.
А раз так, то есть надежда на то, что произойдет в итоге переход от длительного раздумья к действию, вспомнит страна о своем пути и встанет перед врагами в богатырском образе, дышащем не просто силой, а осознанием своего могущества и права выбирать свою судьбу.
Владимир Васильев, РВС.