Моей внучатой племяннице Анечке восемь лет. Она учится во втором классе одной из липецких школ, очень любит стихи, много учит, читает наизусть. Принесла ей распечатку стихотворения английского писателя Редьярда Киплинга «Если…» в переводе Самуила Маршака. (Да-да, это тот самый Киплинг, который написал «Маугли», и тот самый Маршак, стихи которого читал каждый) Сказала:
– Может быть, для тебя это ещё рано. Но храни, поймёшь потом.
Она прочитала, подумала и сказала:
– Тётя Оля, я поняла.
Наверное, у меня было очень удивлённое лицо, потому что Анечка помолчала и добавила:
– Я очень поняла!
Вот как начинаются эти стихи:
О, если ты покоен, не растерян,
Когда теряют головы вокруг,
И если ты себе остался верен,
Когда в тебя не верит лучший друг,
И если ждать умеешь без волненья,
Не станешь ложью отвечать на ложь,
Не будешь злобен, став для всех мишенью,
Но и святым себя не назовёшь,
И если ты своей владеешь страстью,
А не тобою властвует она,
И будешь твёрд в удаче и в несчастье…
Хорошо бы каждому найти это стихотворение и каждому – понять.
А я вспомнила о Семёне Теодоровиче Ваймане. Ныне уже покойный, выдающийся литературовед, он был старшим научным сотрудником Института искусствознания Академии наук СССР. Но прежде преподавал в Липецком государственном педагогическом институте (так назывался тогда наш педагогический университет). Школьницей я пошла в областную библиотеку на курсы французского языка. Мы оказались за одним столом с совсем молодой сотрудницей этого института, у нас был один учебник на двоих. Познакомились, и она мне рассказала о Ваймане. Профессор любил разбор стихов, любил загадывать литературные загадки, давать задания. Например, приходят студенты филологического факультета на занятия, а на стене, на нескольких листах ватмана, написаны три слова: «ЧЭП – Чрезвычайное Эстетическое Происшествие». И дальше текст: «В типографии наборщик перепутал местами строчки стихотворения Александра Сергеевича Пушкина «Зимний вечер». Получилось:
То, как путник запоздалый,
К нам в окошко застучит,
То по кровле обветшалой
Вдруг соломой зашуршит.
Какое Чрезвычайное Эстетическое Происшествие произошло со стихотворением Пушкина? Ответы сдавать на кафедру русской и зарубежной литературы до 18.00».
А у Пушкина-то:
То по кровле обветшалой
Вдруг соломой зашуршит,
То, как путник запоздалый,
К нам в окошко застучит.
Ответ примерно такой: тревожен зимний вечер. И если по кровле избушки раздалось шуршание, это страшно. Но если в тёмный зимний вечер, в бурю идёт бездомный путник, увидел избушку и застучал, то это страшнее. Человек замёрз, сбился с дороги, ему надо согреться, переночевать. Пустят его в дом, но куда и как он пойдёт завтра утром?.. Значит, этими словами и должна закончиться строфа, чтобы впечатление было вдумчивым, сильным.
Вот и ещё один совет – читайте стихи, вдумывайтесь в них. И запоминайте. Открывая стихи, вы открываете себя.
Ольга Васильевна КЛЕКОВКИНА, журналист.