Трудовое воспитание: советские традиции и современность. Часть 5

Хотя советские школы пытались внедрить систему трудового воспитания, но результаты, которых они добивались, были гораздо более гораздо более скромными, чем у А.С. Макаренко, С.А. Калабалина или А.А. Католикова, про которых я написал в предыдущих статьях. Скептики полагают, что макаренковская система трудового воспитания прекрасно показывает себя только в специализированных заведениях — в детских домах или школах интернатах, а в обычной школе использовать педагогику Макаренко не получится. В этой статье я приведу примеры, которые покажут, что и в обычной школе учителя и ученики могут выстроить совместную трудовую деятельность, создавать и вести хозяйство.

Речь идет о школе из села Халдан в Азербайджане и о школе из деревни Уланово в Калужской области. Подробно об этих школах и их достижениях рассказывается в книге писателя и журналиста И.С. Синицына «Когда воспитывает труд» (в статье я буду ссылаться на выдержки из этой книги).

Альбрехт Самуил Анкер. Сельская школа. 1858

История этих школ в чем-то похожа. Поначалу ни одна из них не могла похвалиться значительными успехами в образовании или воспитании. Речь идет о сельских школах, но это вовсе не значит, что учеников отличало трудолюбие. Нет, ученики были самые обычные, привычка к труду не была их особой отличительной чертой. В обоих случаях перемены начинаются после того, как школу возглавляет директор-энтузиаст. И в обоих случаях директор начинает с вполне логичного шага: сделать школу привлекательной для учащихся. Ведь если ученик неохотно посещает школу, а после занятий торопится уйти домой, то никакой воспитательной работы с ним проводить невозможно.

Директор халданской школы Загид Гамилович Шоюбов обратил внимание на неприглядный внешний вид местности, в которой находилось учебное заведение. Примыкавший к школе пустырь описывает Синицын: «Солончаковый пустырь, весь в канавах и буграх, как в нарывах, заросших рыжим колючим бурьяном, — царство пронырливых ящериц и змей».

Директор Шоюбов собрал учителей школы и поделился с ними своей мечтой: там, где раскинулся тоскливый пустырь, должны появиться прохладные аллеи, дающие отдых от немилосердной азербайджанской жары. А еще бассейн, в котором школьники будут плавать наперегонки, и стадион, на котором дети смогут заниматься разными видами спорта. Учителя реагировали сдержанно, посчитав планы директора труднореализуемыми. Действительно, чтобы построить стадион и бассейн, облагородить пустырь уйдут годы. Шоюбов понимал, что сделать то, о чем он мечтал, будет непросто, но был решительно настроен вести борьбу с пустырем до победного конца.

Сначала необходимо было расчистить плацдарм для наступления. Шоюбов договорился со строителями, чтобы те выделили пару бульдозеров, и разравняли площадку на пустыре возле школы.

Шоюбов собрал школу, шестьсот учеников, и поделился с ними мечтой: «– Я хочу, чтобы у нас с вами была очень хорошая школа. И чтобы у неё была своя спортивная база. База здоровья и физической красоты. Чтобы все вы росли хорошими спортсменами — сильными стройными, ловкими!»

Было решено, что расчисткой и обустройством пустыря ученики будут заниматься на воскресниках. Ученики собирались по воскресениям и работали на пустыре. Шоюбов стремился не изматывать детей частными воскресниками. Во-первых, ученикам не нужно было выходить каждую неделю, они чередовались. Во-вторых, труд был организован так, чтобы ученикам не требовалось тратить много времени.

Синицын: «Шоюбов мне объяснил: Мне не нравится, как проводят воскресники на некоторых предприятиях. Понимаете, люди приходят с пустыми руками, толком не знают, где и что им делать. Это не воскресник, это безобразие. А мы за месяц до выхода разрабатываем план воскресника. Определяем, что должно быть сделано, выделяем участки для каждого класса, прикидываем, какой инструмент будет нужен. Потом классный руководитель идёт на место, обдумывает, кого куда поставить, сколько надо будет лопат, вёдер и всего прочего. Вся работа, весь её ход и задача каждого участника ясны заранее. Ребята приходят, и каждый сразу берётся за своё дело. У нас не бывает поэтому воскресников длинных. Два, два с половиной часа — и конец! В десять собрались — в двенадцать уже всё сделано. И не утомительно, и приятно! Песни поём!»

Надо сказать, что Шоюбов был учителем математики, а не физкультуры. Он плохо представлял план спортивной базы, которую предстояло соорудить. Он тщательно изучает рисунки и схемы из спортивных брошюр и журналов. Футбольное поле, беговые дорожки, брусья, рукоходы, кольца, турники — для больших и маленьких — вот что было запланировано построить на расчищенной площадке. Два года пришлось трудиться ученикам и учителям, директору пришлось выдержать битву со скептиками и бюрократами... и вот стадион построен! Но только лишь состоялось торжественное и радостное открытие нового стадиона, директор сразу же переходит к реализации следующей задачи — бассейн.

О постройке бассейна мечтали и директор, и ученики. Но попытка привлечь специалистов к строительству бассейна для сельской школы кончилась неудачей. Проектный институт в Москве сослался на занятость, и предложил снова обратится в следующем году. В итоге Шоюбову снова пришлось разбираться во всем самому, искать информацию о бассейнах в журналах. В итоге, был составлен проект бассейна 25 на 10 метров, около 2 метров в глубину. Снова начались воскресники, снова директору пришлось решать множество хозяйственных задач, организовывать работу, доставать стройматериалы. Снова пришли на помощь строители. Торжественное открытие бассейна школа приурочила к столетию дня рождения В. И. Ленина.

Синицын: «Не враз все в Халдане поняли, какие перемены, какие перевороты в каждодневной жизни ребят означает спортбаза. Ну, появились кружки и секции, появились общественные тренеры. Ну, стали ребята туда ходить — игры там у них, тренировки. И что из этого? Но сюда теперь в свободный час тянуло каждого».

К слову, спортивная команда халданской школы займет первое место в Азебайджане на спортивных состязаниях «Старты надежд», и даже будет участвовать во всесоюзных соревнованиях.

Казалось бы, цель достигнута. Пустырь облагорожен, спортивная база построена, дети охотно занимаются. Чего еще желать директору? Но Шоюбов не собирался останавливаться на достигнутом. Он хотел наладить в школе не эпизодическое, а постоянное трудовое воспитание.

Синицын: «На краю окультуренного бывшего пустыря, около стадиона и плавательного бассейна, заложили питомник-розарий и питомник по выращиванию саженцев тополей и чинар, тут же — и большой гранатовый сад на 800 деревьев».

В Азербайджане саженцы деревьев ценятся высоко, потому что выращивать их значительно сложнее, чем в регионах с умеренно-континентальным климатом. Чтобы вырастить деревцо, его нужно обильно поливать. Чтобы земля не пошла коркой, ее нужно рыхлить. У учеников были свои делянки, которые требовали постоянного внимания. Они работали парами — старшеклассник вместе с пионером.

Производительный труд позволил школе перейти на самоокупаемость. У школы появились средства, которые она смогла потратить на дальнейшее обустройство. Следующим проектом школы стала оранжерея, в которой смогли работать младшие школьники. В оранжерее круглый год выращивались овощи для школьной столовой. Затем появилась «коровья дача», вольеры для птицы. Развивалось и сельское хозяйство: школа начала сотрудничать с НИИ удобрений и агропочвоведения. Школьники учились фотографии, изучали устройство радиотехники, а в старших классах школьники осваивали сельскохозяйственные машины — устройство и управление.

Комментируя успех хаданской школы, Шоюбов скажет: «– Тут не деньги решают. Решает пот! Директорский, учительский и ребячий. Пот нужен, труд, душа! Тогда дело пойдёт».

В Улановской школе трудовое воспитание также начиналось с мечты. Директор школы Софья Петровна Масонова собрала учеников на линейку.

Синицын: «На линейке Софья Петровна говорила, что теперь у них будет своё детское хозяйство, большое, красивое. Оно станет давать им необходимые средства, и можно будет открыть свою бесплатную столовую, накупить спортивного инвентаря, всяких игр, пособий, ездить на экскурсии в Москву».

Логика жизни была простой: для того, чтобы ученики могли оставаться в школе после занятий, школа должна была обеспечить детей питанием. Для этого требовались дополнительные средства, взять их было неоткуда. Обременять родителей дополнительными расходами директор считала неправильным. Тогда было решено, что дети сами станут выращивать продукты для школьной столовой. Масонова обратилась к председателю колхоза, и, не без сложностей, добилась, чтобы школе выделили земельный участок. На сельскохозяйственные работы ученики выходили звеньями, каждое звено возглавлял опытный юннат (участник движения юных натуралистов — прим.) Также существовала ремонтно-строительная бригада под руководством учителя труда, которая ремонтировала инвентарь и мебель, сооружала изгороди и т.д.

Работы по обустройству выделенного участка начались летом. Хотя директор была хорошо знакома с родителями своих учеников, не все были в восторге от новой инициативы. Кое-кто из родителей решительно забрал своего ребенка. Софья Петровна не настаивала, но учет работы каждого ученика велся строгий. Лишь через несколько месяцев школьники смогли вкусить плоды собственного труда, а пока каждый совместный выход в поле заканчивался для учеников совместным чаепитием.

Синицын: «До сих пор они влюблённо вспоминают то лето, свой дружный рабочий отряд и первый коллективный чай под липами. Вспоминают, как полюбили это ежедневное, после работы, чаепитие, как Софья Петровна приносила им со своей пасеки мёд, варенье, пекла им вкусные пироги. Какое это дивное, чудесное было лето, первое лето детхоза!»

Осенью снова начались занятия. При школе открылась бесплатная столовая. Теперь ученики получили возможность не один раз, а дважды в день питаться в школе. Родителям это нововведение понравилось. Для школы это тоже не было пустой формальностью, ведь теперь ученикам не требовалось срочно бежать домой, появилась возможность оставаться после занятий. Учителя получили возможность организовывать не только обучение, но и досуг детей.

Синицын: «Когда открылась столовая, сразу изменилось лицо школы. Всё подчинив новому режиму, она стала для ребят родным домом, даже больше, чем родным. Здесь теперь у них было всё: учёба, питание, работа, игры, спорт, кино, музыка — вся жизнь».

На следующий год сельскохозяйственный опыт решено было продолжать. Посовещавшись, и оценив низкую экономическую выгоду от выращивания овощей, педагогический коллектив нашел более выгодное дело. Выращивание цветов и продажа семян сулила гораздо большую прибыль школьному хозяйству. Через год школа смогла выручить за цветы в 6 раз больше средств, чем за овощи. Появившиеся в хозяйстве деньги позволили не только содержать столовую, покупать вещи для спортивного и прочего досуга школьников, организовывать экскурсии в Москву (в цирк, зоопарк, музеи), но и справедливо наградить школьников за труд. Ученики получили богатые «премии» за свою работу: костюмы и платья. Разумеется, только те, кто работал на участке. Кроме того, дополнительной поездкой в Москву наградили самых трудолюбивых и ответственных ребят — победителей соревнования.

Трудовое воспитание позволило сложиться здоровому коллективу, а вместе с ним сложилась и более здоровая школьная атмосфера. Постепенно появились новые традиции. Каждый день за несколько минут до начала занятий ученики собирались на линейку, на которой сообщали о хороших и плохих поступках в школе.

Синицын: «Установили раз навсегда: ничего не пропускать мимо внимания, особенно — хорошее. Проработал лишние полчаса, что-то дельное предложил, товарищу помог, коллективно оформили уголок — всё видеть, учитывать, всё держать на виду, отмечать на линейке. Иначе хорошие поступки будут затираться и в глазах детей обесцениваться («А это и взрослым бывает обидно», — подчеркнула тогда на педсовете Софья Петровна); а дурные — обретать право на существование и потихоньку завоёвывать «жизненное пространство».

После окончания учебных занятий, ученики оставались в школе. Час-полтора длится активный отдых — игры, спорт, музыка и танцы. Затем начинается второй учебный день — ученики прямо здесь, в школе, все вместе и в присутствии учителей готовят домашние задания. Если у кого-то возникают сложности, сильные ребята помогают с ними справиться.

Софья Петровна Масонова работала директором Улановской школы с 1961 года. В 1974 году она ушла из жизни, но созданные ей традиции трудового воспитания школьников были продолжены. Лишь в 1999 году Улановская школа от них отказалась.

Мы изучили два примера успешных школ-хозяйств, но таких примеров было гораздо больше, чем два. Школ-хозяйств в СССР было много. Существуют они и в современной России, хотя организовывать их гораздо сложнее (да и акцент в них теперь, зачастую, делается на бизнесе, а не на воспитании). Самое главное — мы увидели наглядный пример того, что трудовое воспитание на принципах разработанных Макаренко можно организовать не только в интернате, но и в общеобразовательной школе.

Источник

 

Категория: